Locations of visitors to this page

Праздники сегодня

Связь с администрацией форума

Sherwood Forest

Объявление

 
Внимание-внимание!

Продолжаем праздновать Хеллоуин!
Приглашаем в специальную праздничную тему!


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherwood Forest » Музыка » Песни Великой Отечественной войны


Песни Великой Отечественной войны

Сообщений 1 страница 20 из 28

1

Всё о создании песен военного времени. Слова, авторы, исполнители.

http://s55.radikal.ru/i148/1004/4d/a5104c14cb5a.jpg

СИНИЙ ПЛАТОЧЕК

Стихи Я. ГАЛИЦКОГО и М. МАКСИМОВА
Музыка Е. ПЕТЕРСБУРГСКОГО

Синенький скромный платочек
Падал с опущенных плеч.
Ты говорила, что не забудешь
Ласковых, радостных встреч.
Порой ночной
Мы распрощались с тобой…
Нет больше ночек!
Где ты, платочек,
Милый, желанный, родной!

Письма твои получая,
Слышу я голос родной.
И между строчек
Синий платочек
Снова встает предо мной.
И мне не раз
Снились в предутренний час
Кудри в платочке,
Синие ночки,
Искорки девичьих глаз.

Помню, как в памятный вечер
Падал платочек твой с плеч.
Как провожала
И обещала
Синий платочек сберечь.
И пусть со мной
Нет сегодня любимой, родной,
Знаю, с любовью
Ты к изголовью
Прячешь платок голубей.

Сколько заветных платочков
Носим мы в сердце с собой!
Радости встречи,
Девичьи плечи
Помним в страде боевой.
За них, родных,
Любимых, желанных таких,
Строчит пулеметчик
За синий платочек,
Что был на плечах дорогих!

1940—1942

Как родилась песня «Синий платочек»?

В первый год войны ансамбль, которым руководили Клавдия Шульженко и Владимир Коралли, дал в частях Ленинградского фронта пятьсот концертов. Где только не приходилось ей выступать! И на опушке леса, наспех сколоченных сценах, в разрушенных сараях. В репертуаре певицы было много песен. Думается, что нет человека «от Москвы до самых до окраин», который не напевал бы хоть иногда какую-либо ее песню…

В сентябре 1939 г. (в ряде воспоминаний есть ссылки и на 1940 г.) во Львов приехали музыканты популярного польского эстрадного коллектива «Голубой джаз», которым руководили композиторы Генрих Гольд и Ежи Петерсбурский. Все концерты шли с огромным успехом. Оркестр выступал и в московском театре «Эрмитаж». В программе коллектива было много хороших песен и танцевальных мелодий, среди которых скромно прозвучал вальс, сочиненный Ежи Петерсбурским в Днепропетровске.

Яков Галицкий, поэт и драматург, тут же, в зале набросал несколько строк в своем блокноте слушая нежную мелодию вальса: «Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч. Ты говорила, что не забудешь ласковых, радостных встреч…»
После концерта композитор и поэт встретились. «Синий платочек» очень понравился Ежи Петерсбурскому. И уже через несколько дней песню, полный текст которой дописал Галицкий, исполнял солист оркестра Станислав Ландау.

Песня сразу полюбилась москвичам. Известный поэт А. Сурков в своей книге «Голоса времени» писал: «Уже с первых дней войны стало слышно, что рядом с коваными строками «Идет война народная…» в солдатском сердце теплятся лирические слова песенки «Синий платочек». Тут же возник и народный вариант «Синего платочка». Его слова всем хорошо известны:

Двадцать второго июня
Ровно в четыре часа
Киев бомбили,
Нам объявили,
Что началася война…

Но все же самым популярным оказался третий вариант песни, возникший в 1942 году. Как это произошло? Клавдия Ивановна Шульженко хорошо знала песню с текстом Галицкого. Милая мелодия, простенькие слова. Возможно, эта песенка не стала бы столь популярной, если бы не молодая певица…

Как-то артистка со своим ансамблем выступала в гвардейской части генерала Н. Гагена на легендарной «Дороге жизни» через Ладожское озеро. Здесь она познакомилась с сотрудником газеты 54-й армии Волховского фронта лейтенантом Михаилом Максимовым. «Узнав, что я пишу стихи, – вспоминал Максимов, – Шульженко попросила меня написать новый текст «Синего платочка». «Песня популярна в народе, – сказала она, – у нее приятная мелодия. Но нужны слова, которые бы отражали нашу великую битву с фашизмом».

Предложение взволновало молодого журналиста. Он никогда не писал песен. Однако отказать Клавдии Ивановне не смог и работал над текстом всю ночь. «Мне сразу понравилась песня, простые, берущие за душу слова, – говорила потом певица, – у каждого из защитников нашей Родины есть своя родная женщина, самая близкая, любимая и дорогая, за горе и страдания которой он будет мстить врагу». Так появились новые строки:

Строчит пулеметчик
За синий платочек,
Что был на плечах дорогих!

Известно, что летом 1940 года песню со словами Я. Галицкого записала на пластинку певица И.Юрьева. Ее быстро раскупили. Но, когда позже Шульженко спела «Синий платочек» с текстом Максимова, успех нового варианта песни был обеспечен. Чутье настоящую актрису не подвело, она не ошиблась. Именно такой песни ждали люди. Может быть, текст песни и небезупречен, но он верно передает обстановку тех тревожных дней.

Анатолий Железный, автор книги «Мой друг – грампластинка. Записки коллекционера» (1989 г.) говорит, что певица всегда включала в свой концерт «мирные» лирические песни: «Руки», «Андрюша», «Встречи», «Мама», «Давай закурим» и, конечно же, «Синий платочек». С тех пор песня осталась в ее репертуаре. Участник Великой Отечественной войны, писатель Ю. Яковлев писал: «Когда я слышу песню о синем платочке, то сразу переношусь в тесную фронтовую землянку. Потрескивают в печурке дрова, а на столе – патефон. И звучит песня, такая родная, такая понятная…»

Многие исследователи пишут, что именно в это время было возобновлено производство грампластинок, прерванное войной. Начиная с 1942 года из-под пресса Апрелевского завода «пошли» на фронт грампластинки вместе с боеприпасами, пушками и танками.
До войны песни издавались на пластинках, а уж потом становились популярными. В военное время артисты их исполняли на концертах, бойцы пели в минуты отдыха. На фронте песни заслуживали свое право на существование. Они согревали души солдат, с ними шли в бой и умирали с песнями на устах. В ноябре 1942 года на экраны вышел фильм «Концерт фронту», поставленный на Центральной студии кинохроники режиссером М. Слуцким по его сценарию. В съемках участвовало много актеров, среди них и Клавдия Шульженко с «Синим платочком».

http://s004.radikal.ru/i207/1004/ec/746b20519a09.jpg

+3

2

Случайный вальс
Автор текста (слов):
Долматовский Е.
Композитор (музыка):
Фрадкин М.

Ночь коротка, спят облака,
И лежит у меня на ладони
Незнакомая ваша рука.
После тревог спит городок,
Я услышал мелодию вальса
И сюда заглянул на часок.
Хоть я с вами совсем не знаком,
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного…
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоём,
Так скажите хоть слово,
Сам не знаю о чём.
Будем дружить, петь и кружить.
Я совсем танцевать разучился
И прошу вас меня извинить.
Утро зовёт снова в поход,
Покидая ваш маленький город,
Я пройду мимо ваших ворот.
Хоть я с вами совсем не знаком,
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного…
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоём,
Так скажите хоть слово,
Сам не знаю о чём.

Песня «Случайный вальс» была создана в 1943 году композитором Марком Фрадкиным и поэтом Евгением Долматовским по личному распоряжению командующего Сталинградским фронтом, Маршала Советского Союза Константина Рокоссовского. Эта композиция должна была выполнить настоящую боевую задачу: готовилось наступление на врага в Курском сражении, а немцев надо было убедить в том, что серьезных военных действий не готовится. Интересно, что в первоначальном варианте песни были такие слова:

Ночь коротка,
Спят облака,
И лежит у меня на погоне
Незнакомая ваша рука.

Говорят, когда И. В. Сталин прослушал песню, он возмутился: как же хрупкая девушка может достать до плеча высокого сильного советского офицера?! Не понравилось Иосифу Виссарионовичу и название «Офицерский вальс»: «офицер должен не танцевать, а воевать». Вот таким образом песня стала называться «Случайный вальс», а «погоны» превратились в «ладони».

Отредактировано Ingrid (2010-04-30 00:51:24)

+4

3

Песня-гимн Великой Отечественной

24 июня 1941 года газеты «Известия» и «Красная звезда» опубликовали стихотворение В. И. Лебедева-Кумача, начинавшееся словами: «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой...»

Стихи эти потребовали от поэта упорной работы. Хранящиеся в архиве черновики говорят о том, что Лебедев-Кумач не раз переписывал и дорабатывал отдельные строки и строфы, подчас заменяя целые четверостишия. Видимо, замысел этих стихов возник у поэта еще в предвоенную пору. По свидетельству Евг. Долматовского, за несколько дней до вероломного нападения гитлеровских полчищ Лебедев-Кумач под впечатлением кинохроники, где показывались налеты фашистской авиации на города Испании и Варшаву, занес в свою записную книжку такие слова:
Не смеют крылья черные
Над Родиной летать...

Стихотворение в газете прочитал руководитель Краснознаменного ансамбля песни и пляски Красной Армии А. В. Александров. Оно произвело на него такое сильное впечатление, что он сразу же сел за рояль. На другой день, придя на репетицию, композитор объявил:
– Будем разучивать новую песню – «Священная война».

Он написал мелом на грифельной доске слова и ноты песни – печатать не было времени! – а певцы и музыканты переписали их в свои тетрадки. Еще день – на репетицию с оркестром, и вечером - премьера на Белорусском вокзале, узловом пункте, откуда в те дни отправлялись на фронт боевые эшелоны.

Сразу после напряженной репетиции группа ансамбля выехала на Белорусский вокзал для выступления перед бойцами, уезжающими на передовую (мы не оговорились, сказав «группа ансамбля». Дело в том, что полного состава коллектива в те дни уже не было. Три группы сразу же выехали на фронт, а четвертая, руководимая А. В. Александровым, оставалась временно в Москве, для обслуживания воинских частей, госпиталей, выступлений на радио и разучивания новых песен). Вид вокзала был необычен: все помещения до отказа заполнены военными, как говорится, яблоку негде упасть. На всех новое, еще не пригнанное обмундирование. Многие уже успели получить винтовки, пулеметы, саперные лопатки, противогазы, словом, все, что полагается фронтовику.

В зале ожидания был сколочен из свежевыструганных досок помост – своеобразная эстрада для выступления. Артисты ансамбля поднялись на это возвышение, и у них невольно зародилось сомнение: можно ли выступать в такой обстановке? В зале - шум, резкие команды, звуки радио. Слова ведущего, который объявляет, что сейчас впервые будет исполнена песня «Священная война», тонут в общем гуле. Но вот поднимается рука Александра Васильевича Александрова, и зал постепенно затихает...

Волнения оказались напрасными. С первых же тактов песня захватила бойцов. А когда зазвучал второй куплет, в зале наступила абсолютная тишина. Все встали, как во время исполнения гимна. На суровых лицах видны слезы, и это волнение передается исполнителям. У них у всех тоже слезы на глазах... Песня утихла, но бойцы потребовали повторения. Вновь и вновь – пять раз подряд! – пел ансамбль «Священную войну».

Так начался путь песни, славный и долгий путь. С этого дня «Священная война» была взята на вооружение нашей армией, всем народом, стала музыкальной эмблемой Великой Отечественной войны. Ее пели всюду - на переднем крае, в партизанских отрядах, в тылу, где ковалось оружие для победы. Каждое утро после боя кремлевских курантов она звучала по радио.

В летописи Отечественной войны есть немало героических эпизодов, рассказывающих о том, как вступала в бой эта песня-гимн. Один из них относится к весне 1942 года. Небольшая группа защитников Севастополя заняла оборону в пещере, выдолбленной в скале. Гитлеровцы яростно штурмовали эту естественную крепость, забрасывали ее гранатами. Силы защитников таяли... И вдруг из глубины подземелья послышалась великая песня. Потом раздался сильный взрыв и обломки скалы завалили пещеру... Не сдались советские воины ненавистному врагу.

«Священная война» звучала во многих странах мира. Несколько лет назад Краснознаменный ансамбль песни и пляски Советской Армии им. А. В. Александрова был на гастролях в Канаде. Эта песня не входила в его концертную программу. Но 9 мая в честь праздника Победы артисты решили начать концерт «Священной войной», хотя не чувствовали особой уверенности, что песня дойдет до слушателей: уж больно далеки они были от событий второй мировой войны. Успех был ошеломляющий. На следующий день местные газеты сообщали, что русские отметили День Победы песней, с которой они начали долгую и тяжелую дорогу к Берлину, к победе. В этом они были правы! Автор «Священной войны» А. В. Александров в свое время писал: «Я не был никогда военным специалистом, но у меня все же оказалось могучее оружие в руках – песня. Песня так же может разить врага, как и любое оружие!»

А.В. Александров родился в крестьянской семье в селе Плахино Михайловского уезда Рязанской губернии (ныне Захаровский район Рязанской области). С детства у него обнаружились музыкальный слух и хороший голос. Земляк мальчика П.А. Заливухин (старший брат заслуженного деятеля искусств РСФСР С.А. Заливухина) устраивает его певчим в хор Казанского собора в Петербурге. Свое музыкальное образование он получил в регентских классах Петербургской певческой капеллы, где был солистом, и в Московской государственной консерватории им.П.И. Чайковского. Наставниками Александра были выдающиеся композиторы Н.А. Римский-Корсаков, А.К. Лядов и А.К. Глазунов. За дипломную работу – оперу "Русалка" (1916) был удостоен большой серебряной медали. С 1918 года началась преподавательская деятельность Александрова в Московской консерватории. В 1923 г. по его инициативе в консерватории организуется хоровое отделение и аспирантура при дирижерско-хоровом факультете, класс военных дирижеров.

Велико и разнообразно композиторское наследие А.В. Александрова. Он – автор опер, симфонических, хоровых сочинений, песен, оригинальных обработок для хора русских народных и военных песен. Но подлинными вершинами А.В. Александрова-композитора были песня "Священная война" (на слова В.И. Лебедева-Кумача), музыка Гимна Советского Союза (которая с новым текстом является Государственным Гимном Российской Федерации) и "Победная кантата".

Александров имел воинское звание генерал-майора. В 1937 году он и великий певец А.С. Пирогов первые из рязанцев и одни из первых в стране удостоены почетного звания - Народный артист СССР. Кавалер орденов Красной Звезды, Трудового Красного Знамени, Ленина, лауреат Государственной премии СССР – так великая страна отметила вклад композитора в отечественную музыкальную культуру. А.В. Александров умер в Берлине 8 июля 1946 года во время гастролей ансамбля. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

+1

4

С песней "Священная война" связана одна история... Хотя чего уж там, таких и еще более неправдоподобных историй война знает целый миллион. Это лишь капля того бескрайнего моря-океана... История простая и бесхитростная: шли солдаты наши, пехотинцы, а навстречу им - тоже наши, но под конвоем, потому что попали в окружение, потому что пытались из него выйти, но безуспешно, немец оказался сильнее, а потом тот клочок земли, за который они умирали, как и за всю великую и прекрасную нашу Родину, вновь перешел в руки наших войск, и те, кто остались живы, перестали быть солдатами, а стали заключенными. В лучшем случае им светил штрафбат. И вот идет пехота, а навстречу ей - угрюмые конвоируемые, в трехдневной щетине и засохшей крови. И кто-то запел "Священую войну". И кто-то подхватил. И те, и эти посмотрели друг на друга, конвой поудобнее перехватил оружие на всякий случай, озираясь по сторонам... и через минуту пели уже все, потому что было в этой песне такое... что-то, что не спеть было нельзя.

Отредактировано Alga (2010-04-30 01:24:48)

+4

5

Alga написал(а):

и через минуту пели уже все, потому что было в этой песне такое... что-то, что не спеть было нельзя.

+100

очень понравилась вот эта подборка песен с потрясающими фотографиями и в замечательном исполнении

"Хотят ли русские войны" http://www.youtube.com/watch?v=UbLSS3lG … mp;index=3

"Огонек"  http://www.youtube.com/watch?v=qDykY3ve … re=related

"Катюша"  http://www.youtube.com/watch?v=gttd66eh … re=related

"Темная ночь"  http://www.youtube.com/watch?v=mXV06TTK … re=related

"Синий платочек"  http://www.youtube.com/watch?v=B4rwjNrl … re=related

"От героев былых времен"  http://www.youtube.com/watch?v=YeyUpM6O … re=related

"Под звездами балканскими"  http://www.youtube.com/watch?v=tomZfF5K … re=related

"Прощание славянки"  http://www.youtube.com/watch?v=e8_iQzRt … re=related

"Дорога на Берлин"  http://www.youtube.com/watch?v=g8dLLAB_ … re=related

"Нам нужна одна победа"  http://www.youtube.com/watch?v=ozuPHJgy … re=related

"Тальяночка"  http://www.youtube.com/watch?v=8jNm2bIr … re=related

+5

6

Еще одна песня Великой Отечественной войны

http://www.youtube.com/watch?v=c5ZeSME4PzQ

Поэт Алексей Сурков, во время войны -  корреспондент газеты "Красноармейская правда" и батальонный комиссар, даже и не думал, что из стихов, написанных в письме жене после тяжелого боя в ноябре 1941 года, которые он даже и не думал отдавать в печать, получится эта песня, так полюбившаяся простым бойцам. Но в феврале 1942 года из эвакуации приехал композитор Константин Листов, назначенный музыкальным консультантом Главного политического управления Военно-Морского Флота. Он пришел в редакцию газеты и попросил "что-нибудь, на что можно написать песню". "Что-нибудь" не нашлось, и для очистки совести Сурков дал Листову эти стихи, будучи совершенно уверенным, что никакой песни из таких лирических стихов не получится. Но через неделю Листов опять появился в редакции с уже готовой песней "В землянке".

Песню опубликовали в "Комсомольской правде", и практически тут же начались проблемы. Нашлись блюстители фронтовой нравственности, которым категорически не понравились строки "до тебя мне дойти нелегко, а до смерти - четыре шага". Их посчитали упадническими,  требовали их вычеркнуть, песню переделать. Но песня уже "пошла" среди бойцов, и они, хорошо знавшие, сколько шагов до смерти,  были против вычеркивания этих строк.

Бьется в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза,
И поет мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.

Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой.
Я хочу, чтобы слышала ты,
Как тоскует мой голос живой.

Ты сейчас далеко-далеко.
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти — четыре шага.

Пой. гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови.
Мне в холодной землянке тепло
От моей негасимой любви.

Отредактировано Тигренок (2010-04-30 17:57:33)

+1

7


Отредактировано сумеречная (2010-04-30 18:01:25)

+2

8

Прощайте, скалистые горы

Весной 1940 года перед призывной комиссией города Перми предстал невысокий и щуплый студент с «бараньим весом» - 47 килограммов.

- Николай Букин, - отрекомендовался он.

- Где хочешь служить, богатырь? В пехоте-матушке или во флоте-батюшке? - участливо спросил его военком. Но, глянув на левую руку призывника, где по тогдашней моде был выколот якорь, ответа дожидаться не стал:

- Значит, во флоте!..

Из военкомата довольный призывник вышел уже иной походкой, немного покачиваясь. И отправился прямо в магазин за тельняшкой.

КОГДА наш герой родился, ночь была грозной, и мать сказала: «У Коленьки будет бурная жизнь». Так и вышло...

Закончив школу, Николай продолжил учебу в Сарапульском сельхозтехникуме. Немного поработал сельским учителем и стал заниматься в Пермском пединституте. На молодежных вечеринках всегда его ждали. Он был веселым человеком, плясал «цыганочку», играл на мандолине, гитаре и балалайке. Позже освоил баян. Сдав на «отлично» в пединституте госэкзамены, Николай съездил на два дня домой к матери в село Дуброво. Неплохое место для житья выбрали предки: на Каме, с лесом и лугом. Сугробы там залегают важные, ключи бьют холодные, а возле них расставлены бани, вышитые мхом. Люди в селе жили голосистые, песни пели так, что замазка на стеклах лопалась. Особенно голосили на Пасху, когда обходили село, величали и славили Христа.

Парень хотел преподавать литературу, но подготовка к войне грубо развернула его жизнь в ином направлении. Новобранцев посадили в эшелон и повезли на полуостров Рыбачий. К мурманским горам Муста-Тунтури. Так Букин сменил сельский ручеек Дубок на Баренцево море. Позже он напишет такие строчки:

Сто спасибо тебе, мама, что я
Не в рубашке рожден, а в тельняшке.

ВСЕ было необычным в тех малообжитых краях для человека, выросшего в лесном засторонке: серенькое небцо, день стремительно темнеет, словно срез на подосиновике, низко ходят тучи, снежный шторм ревет. Место дичее дикого, но провел Букин на нем всю войну. Сначала был рядовым артиллеристом, затем теодолит и топографию сменил на «петиты» и «клише», став корректором дивизионной газеты «Североморец». Война заставила его пройти ускоренный курс газетных наук, и солдат стал корреспондентом, а к концу войны редактором этого издания. А рядом все время были стихи.

Тема у него была одна - горы и море. И писать он учился тоже у моря: строку посылал за строкой, как воды посылают волну за волной. На том клочке земли моряки и красноармейцы стойко держали оборону: на протяжении всей нашей западной границы в 4,5 тысячи километров незахваченным оставался один погранзнак - на Рыбачьем. Немцы за четыре года так и не смогли взять полуостров, чтоб прорваться к Мурманску. Не каждый знает, что моряки прозвали этот легендарный лоскуток суши «гранитным линкором».

У себя на родине Букин хорошо знал песню трав, сейчас же слушает песню волн и переносит ее на бумагу. Получались стихи о морской романтике, и однополчане стали называть его «артиллерийским поэтом». Писал он и о пехотинцах, но особенно любил бывать у катерников. Их сродненность с кораблем и морем всегда волновала до слез.

ОДНАЖДЫ на Рыбачьем появились композитор Константин Листов и поэт Василий Лебедев-Кумач. Вот тогда боец впервые пожал их большие и добрые руки, участвовал в дискуссии о песенном деле. Мимолетная встреча, мимолетный разговор, но они многое дали Николаю для понимания этого жанра.

В 1942 году в одно из посещений катерников при взоре на безбрежную водную даль у Букина родились строчки:

Я знаю, не жить мне без моря,
Как море мертво без меня.

А заметив, с каким ликованием возвращаются моряки из рейса, добавил:

Хоть волны и стонут и плачут,
И плещут на борт корабля,
Но радостно встретит героев Рыбачий...

Образы и слова он находил свободно. Соединил горы и волны, статику и динамику. Горы - незыблемость, море - вечное движение. Поместил в стихах биение жизни, ее прилив и отлив, закончил, сложил бумагу треугольником и с оказией отправил в Мурманск, в газету Северного флота «Краснофлотец». Через некоторое время на полуостров пришел свежий номер, а в нем стихи Букина и приписка от руки писать еще.

Однажды, включив радиоприемник, Букин услышал песню с родными словами. Вот это да! Как так вышло, как получилось?! Взял баян и повторял, повторял наигрыш. Тот день, красным бантом повязанный, полковник Букин помнил всю оставшуюся жизнь.

Музыку к этим стихам первым написал В. Кочетов, и политуправление флота рекомендовало песню Всесоюзному радиокомитету для исполнения и популяризации «в период краснофлотского радиочаса».

Самодеятельный поэт прославил Заполярье, но и Полярный круг прославил поэта. По зову Родины воевал и работал Николай Иванович Букин, по зову сердца написал свои стихи «Ой ты, море», «О скалы, гранитные скалы», которые положены на музыку и стали для фронтовиков душевным боеприпасом, дальнобойным снарядом. Недаром говорил Суворов, что песня удваивает, утраивает армию.

Позже музыку к стихам Букина написал другой композитор - Е. Жарковский. А после того, как В. Бунчиков и П. Киричек исполнили ее по Всесоюзному радио, к песне пришла настоящая популярность.

Далеко от морей и гранитов родился и музыкальный автор песни - заслуженный деятель искусств РСФСР Евгений Эммануилович Жарковский. Его родина - Киев. Там он в 1927 году закончил музыкальный техникум и два семестра музыкально-драматического института им. Лысенко. Наслушавшись от знакомых о музыкальной жизни Ленинграда, переехал туда и стал студентом консерватории. Учебу совмещал с шефской работой, часто бывал в Кронштадте, на кораблях Балтийского флота, выступал перед экипажами, помогал самодеятельным артистам готовить репертуар.

После консерватории у Евгения одна за другой появляются песни о советской деревне и даже лирические частушки, но военная тема далеко не отпускает, и он сочиняет «Балладу о неизвестном моряке». Много песен написано специально для Леонида Утесова.

В 1941 году Жарковский добровольно ушел на фронт и стал североморцем. Его поселили в Полярном в маленькой ледяной комнатенке, куда с трудом затолкали видавший виды рояль. Появились песни о миноносце «Гремящем», о подлодке «Малютка». Многим кораблям подарил он тогда визитные карточки-песни.

Как-то в 1942 году почтальон принес газету «Краснофлотец». Из обилия фронтовых новостей наметанный глаз композитора сразу же выхватил рифмы о боевом походе моряков в тыл врага. Он прочел стих и почувствовал, что в нем тугим калачиком свернулась мелодия. Но как ее извлечь, как распрямить?

Прямо в шинели Жарковский сел к роялю и стал перечитывать строки. И тут его осенило: да это же рифмованный дневник, личная запись о матросском быте. Неизвестный поэт расставил слова уверенно, как вещи в своем кубрике. Где-то тут должна быть и гитара. Да вот же она, в руках баловня экипажа. Опасаясь разбудить тех, кому на вахту, тот приглушенно, раскачиваясь в такт колебаниям судна, выводит медленным вальсом: «Корабль мой упруго качает крутая морская волна...» А товарищи подпевают певцу:

«Поднимет и снова бросает
В кипящую бездну она».

Но может ли вальс быть мужественным, с запахом пороха? - терзал себя таким вопросом музыкант. И решил, что может: героическое время требует героических мелодий.

Произведения Евгения Жарковского - хорошие и разные - можно перечислять долго. Но память возвращает нас к его легендарной «Прощайте, скалистые горы!» Песня всегда триедина. Кроме талантливых поэта и композитора она требует такого же даровитого исполнителя. А эту пели многие большие голоса: Кибкало, Петров, Отс, Кондратюк, флотские ансамбли и самодеятельные коллективы. А с ними пели и мы. Адмирал Арсений Головко знал песню наизусть и вспоминает о ней в книге «Вместе с флотом». А писатель Юлиан Семенов свою повесть так и назвал: «Прощайте, скалистые горы!».

Самозабвенно пел про скалистые горы советский «Робертино Лоретти» Сережа Парамонов. Слушая его, Жарковский - высоченный мужчина под два метра - не мог сдержать слез. Чтобы спрятать их, он опирался грудью на трость и низко склонял голову.

Добавлю, что песня о горах - и об этом мало кто знает - запечатлена в том самом материале, на котором родилась - в граните. Каждые полчаса над Кольским заливом, у памятника Неизвестному матросу, звучит ее мелодия.

Иван ПЕТРУСЕВ

Музыка: Е. Жарковский

Слова: Н. Букин

Прощайте, скалистые горы,
На подвиг Отчизна зовет!
Мы вышли в открытое море,
В суровый и дальний поход.

А волны и стонут, и плачут,
И плещут на борт корабля...
Растаял в далеком тумане Рыбачий,
Родимая наша земля.

Корабль мой упрямо качает
Крутая морская волна,
Поднимет и снова бросает
В кипящую бездну она.

Обратно вернусь я не скоро,
Но хватит для битвы огня.
Я знаю, друзья, что не жить мне без моря,
Как море мертво без меня.

Нелегкой походкой матросской
Иду я навстречу врагам,
А после с победой геройской
К скалистым вернусь берегам.

Хоть волны и стонут, и плачут,
И плещут на борт корабля,
Но радостно встретит героев Рыбачий,
Родимая наша земля.

1942 г.

+2

9

"Эх, дороги"...  Эту песню очень любил мой дедушка, я не могу слушать ее без слез. Дедушка прошел всю войну, был контужен и попал в госпиталь. Рассказывал иногда о войне... Как это было страшно, но какое мужество проявляли советские люди...  Просто нет слов. Спасибо всем ветеранам и тем, кого уже нет, за то, что выстояли в страшной войне и подарили нам мирную жизнь. Дай бог здоровья ветеранам и вечнам память погибшим... Нам дороги эти позабыть нельзя.

Эх, дороги…    
                                                                         
Пыль да туман.
Холода, тревоги
Да степной бурьян.

Знать не можешь
Доли своей:
Может, крылья сложишь
Посреди степей.

Вьется пыль под сапогами—
степями,
полями,—
А кругом бушует пламя
Да пули свистят.

Эх. дороги…
Пыль да туман,
Холода, тревоги
Да степной бурьян.

Выстрел грянет,
Ворон кружит,
Твой дружок в бурьяне
Неживой лежит.

А дорога дальше мчится,
пылится,
клубится,
А кругом земля дымится,
Чужая земля!

Эх, дороги…
Пыль да туман,
Холода, тревоги
Да степной бурьян.

Край сосновый,
Солнце встает-
У крыльца родного
Мать сыночка ждет.

И бескрайними путями —
степями,
полями —
Всё глядят вослед за нами
Родные глаза.

Эх, дороги…
Пыль да туман,
Холода, тревоги
Да степной бурьян.

Снег ли, ветер
Вспомним, друзья.
…Нам дороги эти
Позабыть нельзя.

http://i032.radikal.ru/1005/2a/b25666ad17aet.jpg http://i080.radikal.ru/1005/7b/740f5e4cbe2ft.jpg http://i077.radikal.ru/1005/9a/697e8d633a32t.jpg

Песня эта как исповедь о выстраданном и пережитом, раздумье о том, через что довелось пройти и что выдюжить в минувшей войне нашему народу.
Написана была эта песня вскоре после окончания Великой Отечественной войны для театрализованной программы «Весна победная», которую задумал и осуществил режиссер Сергей Юткевич. Все песни в ней, по замыслу постановщика, должны были связываться определенной сюжетной канвой. И потому их темы и даже характер были заранее намечены и оговорены. Будущим авторам «Дорог» — композитору А. Г. Новикову (1896—1984) и поэту Л. И. Ошанину (род. в 1912 г.) был вручен длинный их список, отпечатанный на машинке, и они приступили к работе.
«Тогда казалось, что все, что можно написать о войне, уже написано, — вспоминает о времени создания песни Л.Ошанин, — И мы с Новиковым, в частности, написали немало военных песен. Может быть, поэтому и увлекла нас тема, которая была сформулирована скупо: «Под стук колес», а в скобках стояло — «Солдаты едут на фронт».
Такой песни еще не было…
Нас волновала тема ожидания боя, ощущения его, готовности к нему. Песня должна была стать раздумьем о предстоящем и свершившемся, о горечи потерь и о вере в победу. Такая песня, думалось нам, может быть написана только в 1945 году с позиций знания всего, что произошло на войне».
Хотя авторы «Дорог» в годы Великой Отечественной войны непосредственного участия в боевых действиях не принимали, побывать на фронте им довелось не однажды.
Для композитора, например, особенно памятной оказалась поездка в места боев на Курской дуге, под Орел и Белгород и встречи там с воинами, только что в жестокой битве одолевшими врага.
Л. И. Ошанин многие месяцы провел среди воинов на Западном, Карельском и 3-м Белорусском фронтах, итогом чего стали песни, широко бытовавшие в армии.
«Дороги» родились, — продолжает поэт свой рассказ, когда под Жиздрой мы лежали в поле, настигнутые бомбежкой, и русоволосый лейтенант, упавший рядом, уже не встал. «Дороги» родились, когда в землянке на высоте Шляпа над Западной Лицей мы показывали с Марком Фрадкиным песню «В белых просторах» и ее оборвала разорвавшаяся под окном мина. «Дороги» родились, когда за десять дней была выбита половина личного состава противотанковой бригады, а она каждую ночь меняла позицию, чтобы встретить танковую лавину врага…
Помню, как я искал в песне одну строку: «Выстрел грянет. Ворон кружит… Твой дружок в бурьяне…» Вот это место. – Что он — мертв? Убит? Подкошен? Вырван из жизни? Наконец нашлось: «Твой дружок в бурьяне неживой лежит…»
Вот это — «неживой», мне кажется, сказало больше, чем множество слов. которые могли стать на это место…»
Эти и некоторые другие строки песни очень сжато вобрали в себя всю войну.
Первым исполнителем «Дорог» стал солист ансамбля НКВД Иван Шмелев. Затем ее подхватили другие солисты и ансамбли.
«Нас с Ошаниным, — вспоминал Анатолий Григорьевич Новиков, — стали приглашать в школы. Я садился за рояль, мы с поэтом пели «Дороги», и с нами вместе пели эту солдатскую песню ребята. Потом мы выходили из школы, и я спрашивал Ошанина: «Что же произошло, почему ребятишки, школьники поют эту песню, она же солдатская?»
И тут мы поняли, что ребята своим сердечком очень сильно, глубоко чувствуют эти военные взрослые дороги. В песне заключены для них и похоронка на отца, и бомбоубежище, и недетские военные страхи. И пели мальчишки и девчонки ее необычно, «со слезой». Не всегда знаешь, как «сработает» твоя песня…»
“Эх, дороги…” далеким эхом незабываемых, суровых и трудных военных лет отзывается в сердце и памяти тех, кто поет или слышит ее знакомый до боли напев.
“Из написанных мною песен, – подытоживал Анатолий Григорьевич свою многолетнюю и плодотворную деятельность в песенном жанре, – наиболее любима “Дороги”… Она очень близка по строю народной песне. Помните: “Эх ты, ноченька…” Тот же глубокий вздох вначале, определяющий основной настрой песни-воспоминания”.
Что верно, то верно: “Нам дороги эти позабыть нельзя”.
Об истории создания песни http://muzruk.info/?p=884

Отредактировано Мишель (2010-05-01 13:47:55)

+3

10

+3

11

Ну, и как же без этого?

Комэск Титаренко объявляет, что эта песня - "новинка сезона". Но песня  написана еще до войны. В 1940 году поэтом Яковом Шведовым и композитором Анатолием Новиковым была написана сюита о молдавских партизанах времен Гражданской войны. Туда входило семь песен, в том числе и эта. Когда началась Великая Отечественная война, ноты этой сюиты у Новикова пропали, остались лишь черновики. По ним удалось восстановить "Смуглянку", и Новиков решил предложить ее на радио. Но ее отвергли - лирическая песня про любовь и смуглянку-молдаванку, а идет война, нужны героические песни... Песня так бы и не увидела свет, если бы не руководитель Краснознаменного ансамбля А. В. Александров. В 1944 году он позвонил Новикову и спросил, нет ли у него новых песен. Тот принес несколько, в том числе и "Смуглянку". И именно "Смуглянка" больше всего понравилась Александрову. А потом она полюбилась и бойцам. Так вот и получилась в конце войны довоенная песня "новинкой сезона".

Как-то летом на рассвете
Заглянул в соседний сад.
Там смуглянка-молдаванка
Собирала виноград.
Я краснею, я бледнею,
Захотелось вдруг сказать:
Станем над рекою
Зорьки летние встречать!

Припев:
Раскудрявый клен зеленый, лист резной,
Я влюбленный и смущенный пред тобой.
Клен зеленый, да клен кудрявый,
Да раскудрявый, резной!

А смуглянка-молдаванка
Отвечала парню в лад:
- Партизанский, молдаванский
Собираем мы отряд.
Нынче рано партизаны
Дом покинули родной.
Ждет тебя дорога
К партизанам в лес густой.

Раскудрявый клен зеленый, лист резной,
- Здравствуй, парень, забубенный, мой родной,-
Клен зеленый, да клен кудрявый,
Да раскудрявый, резной!

И смуглянка-молдаванка
По тропинке в лес ушла.
В том обиду я увидел,
Что с собой не позвала.
О смуглянке-молдаванке
Часто думал по ночам...
Вскоре вновь смуглянку
Я в отряде повстречал.

Раскудрявый клен зеленый, лист резной,
- Здравствуй, парень, забубенный, мой родной,-
Клен зеленый, да клен кудрявый,
Да раскудрявый. резной!

Отредактировано Тигренок (2010-05-01 21:00:40)

+1

12

"В лесу прифронтовом"

(сл. М.Исаковского, муз. М.Блантера)

“Стихи написаны на Каме, – вспоминал о рождении этой песни Михаил Исаковский, – когда шел второй год войны. Работая, представил себе русский лес, чуть-чуть окрашенный осенью, тишину, непривычную для солдат, только что вышедших из боя, тишину, которую не может нарушить даже гармонь.  Послал стихи старому товарищу композитору Матвею Блантеру (с ним создавали “Катюшу”).
Упомянутый в стихах Исаковского старинный вальс “Осенний сон” написан А. Джойсом, и, наверное, поэтому в музыке Блантера ощущается намеренная стилизация, как под этот вальс, так и его же вальс “Воспоминание” (в запеве песни). Однако музыка Блантера по своей интонационной наполненности, по красоте и выразительности мелодий, безусловно, богаче и выразительнее ординарных вальсов Джойса. В ней ярко выражены настроение и основная идея стихов Исаковского - не только раздумья и воспоминания о мирной жизни, но и призыв к борьбе с ненавистным врагом, потому что дорога к дому, к любимой ведет через войну, через испытания и невзгоды.

В 1946 году за песни “Под звездами балканскими”, “Моя любимая” и “В лесу прифронтовом” композитору М. И. Блантеру была присуждена Государственная премия СССР.

Михаил Васильевич Исаковский родился в 1900 г., в деревне Глотовке, Ельнинского уезда, Смоленской губернии, в крестьянской семье. Окончил сельскую школу и пять классов гимназии. В 1917–1918 гг. был учителем сельской школы, в 1919–1921 гг. редактировал уездную газету, в Ельне, затем, до 1931 г., работал в смоленской газете "Рабочий путь".

Печатать стихи начал в 1924 г. В 1931 г. переехал в Москву, редактировал журнал "Колхозник". Первая книга стихов М. Исаковского – "Провода в соломе" – вышла в 1927 г. Критика встретила ее недружелюбно, но живший тогда в Италии М. Горький заинтересовался книжкой и выступил со статьей о М. Исаковском в "Известиях". "Стихи у него простые, хорошие, очень волнуют своей искренностью", – писал М. Горький, отметив общественную значимость поэзии М. Исаковского
М. Исаковский пошел в историю советской литературы прежде всего как поэт-песенник. Начиная с 1934 г., когда на стихи М. Исаковского "Вдоль деревни" написал музыку один из руководителей хора им. Пятницкого В. Захаров, поэт создал множество песен, получивших всенародную известность. Герой песен М. Исаковского – человек труда,  русский человек, выросший и поднявшийся за годы Советской власти. В суровые дни Великой Отечественной войны трогающие сердца, прекрасные песни М. Исаковского, как на крыльях, облетели фронты и тылы, помогая советским людям бороться с врагом. Они проникали в широчайшие массы и, близкие по духу устному народному творчеству, сами становились как бы фольклором. Особенность песен М. Исаковского заключается в том, что они живут не только при наличии написанной композитором музыки, но и самостоятельно, как стихотворения. Поэтическая речь М. Исаковского народна по природе, напевна, ей свойственна глубокая внутренняя мелодичность. Чистый и прозрачный, с блестками лукавого юмора, язык М. Исаковского плодотворно развивает традиции классической поэзии, прежде всего поэзии Некрасова.

С берез, неслышен, невесом,
Слетает желтый лист.
Старинный вальс «Осенний сон»
Играет гармонист.

Вздыхают, жалуясь, басы,
И, словно в забытьи,
Сидят и слушают бойцы —
Товарищи мои.

Под этот вальс весенним днем
Ходили мы на круг,
Под этот вальс в краю родном Любили мы подруг;

Под этот вальс ловили мы
Очей любимых свет.
Под этот вальс грустили мы,
Когда подруги нет.

И вот он снова прозвучал
В лесу прифронтовом,
И каждый слушал и молчал
О чем-то дорогом;

И каждый думал о своей,
Припомнив ту весну,
И каждый знал — дорога к ней
Ведет через войну...

Так что ж, друзья, коль наш черед,—
Да будет сталь крепка!
Пусть наше сердце не замрет,
Не задрожит рука;

Пусть свет и радость прежних встреч
Нам светят в трудный час,
А коль придется в землю лечь,
Так это ж только раз.

Но пусть и смерть — в огне, в дыму
Бойца не устрашит,
И что положено кому
Пусть каждый совершит.

Настал черед, пришла пора,—
Идем, друзья, идем!
За все, чем жили мы вчера,
За все, что завтра ждем;

За тех, что вянут, словно лист,
За весь родимый край...
Сыграй другую, гармонист,
Походную сыграй!

1942

+2

13

Автор текста:
Фатьянов А.
Композитор:
Соловьев-Седой В.
Текст песни «Где же вы теперь друзья-однополчане»


Майскими короткими ночами,
Отгремев, закончились бои.
Где же вы теперь, друзья-однополчане,
Боевые спутники мои?

Я хожу в хороший час заката
У сосновых новеньких ворот.
Может, к нам сюда знакомого солдата
Ветерок попутный занесет.

Мы бы с ним припомнили, как жили,
Как теряли трудным верстам счет,
За победу мы б по полной осушили,
За друзей добавили б еще.

Если ты случайно неженатый,
Ты, дружок, нисколько не тужи, -
Здесь у нас, в районе, песнями богатом,
Девушки уж больно хороши.

Мы тебе колхозом дом построим,
Чтобы видно было по всему:
Здесь живет семья российского героя,
Грудью защищавшего страну.

Майскими короткими ночами,
Отгремев, закончились бои.
Где же вы теперь, друзья-однополчане,
Боевые спутники мои?

Сохранились воспоминания автора музыки «Однополчан» композитора Соловьева-Седого о том, как создавалась эта песня. Однажды во время поездки на большую сибирскую стройку он встретился с бывшими воинами-фронтовиками, долго беседовал с ними, недавними солдатами, которых раскидало, разметало по всей стране.
   «Возвращаясь в Ленинград, – рассказывал Василий Павлович, – я все думал о них. Мне вдруг в голову пришла фраза: «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» Я стал варьировать эту фразу, искать для нее мелодическое и ритмическое решение. Потом наиграл мелодию своему другу – поэту Алексею Фатьянову. Тот долго, внимательно вслушивался и через несколько дней показал мне стихи. Это было не совсем то, что я задумал. Перебрав несколько других вариантов, я тем не менее сочинил песню.
   Первый исполнитель Ефрем Флакс ее, однако, раскритиковал: написанная в минорной тональности, песня получилась какой-то тоскливой, однообразной. Вроде как и не рад солдат возвращению к мирному труду.
   Флакс посоветовал переделать вторую половину куплета с отклонением в параллельный мажор. Попробовал – вышло. Вот так у песни этой, получившей большое распространение в послевоенные годы, оказалось три автора. Кроме меня – еще Фатьянов и Флакс».
   Успех «Однополчан» побудил композитора и поэта написать еще несколько песен, близких по теме. Так родился цикл «Друзья-однополчане».
   «Фатьянов не только писал слова ко всем песням цикла, – заканчивал свои воспоминания Соловьев-Седой, – но, желая придать ему законченную форму, сочинил специальные связки, они были призваны цементировать все шесть песен. В цикл, который мы впоследствии назвали «Сказом о солдате», вошли: «Шел солдат из далекого края», «Расскажите-ка, ребята», «Колыбельная», «Поет гармонь за Вологдой», «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» и «Величальная».
   Исполнялся этот цикл целиком, исполнялись и отдельные песни, чаще всего«Поет гармонь за Вологдой» и «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» Характерно, что целиком весь цикл стали исполнять преимущественно камерные певцы. Одним из первых это сделал солист Малого оперного театра Сергей Шапошников. Исполняла цикл целиком и Клавдия Шульженко».

Одна из самых любимых песен моего дедушки. Когда звучала эта песня, у него невольно накатывались слёзы на глаза. Он не раз говорил, что снова и снова под эту песню чувствуешь,  как война отступила, как страх отпустил. Сейчас можно и жизнь строить. До 1994 года на 9 мая он собирал всех участников Великой Отечественной войны в городе Мадона. Мечтал отпраздновать 50-летие Победы. Но не было суждено...

+3

14

В архиве хора имени Пятницкого бережно хранятся материалы переписки композитора В. Г. Захарова и поэта М. В. Исаковского военных лет, из которых следует, что 28 января 1942 года Владимир Григорьевич отправил из Фрунзе, где в то время находился руководимый им коллектив, письмо Исаковскому в Чистополь. В нем, в частности, говорилось: «...Нужна песня о партизанах или о партизане. Этой песни нам не хватает чрезвычайно. О партизанке. Может быть, с шуткой...». Перечислялись и другие темы для песен. Но Михаил Васильевич загорелся идеей создать именно партизанскую песню. Работал он над ней долго. Лишь в июне стихи были, наконец написаны и отправлены композитору в Свердловск, куда к тому времени перебрался хор.
«Когда песня была закончена, — вспоминает первая запевала ее в хоре имени Пятницкого, заслуженная артистка РСФСР Валентина Ефремовна Клоднина, — мы выучили ее и приехали в клуб железнодорожников Свердловска. Поем. Приняли ее отлично. Заставили петь несколько раз. Но особенно памятен мне следующий концерт, который проходил в госпитале.
Выхожу запевать после того, как объявили «Туманы». Спела. И тишина. Никаких аплодисментов. Я пошла на свое место. Стала в хор. И тут встает из рядов боец, выходит на сцену, поцеловал меня и говорит: «Спасибо за такую чудесную песню! Нельзя ли повторить?»
Тут только очнулся зал. Зааплодировали. «Браво» кричат, а у кого руки перебинтованы, костылями стучат по полу. Что творилось! Несколько раз повторяли эту песню...»
«Ой, туманы...» вошла в золотой фонд советского песенного творчества. Песня эта и в наши дни звучит в программах хора имени Пятницкого, оставаясь мужественным и величавым символом сурового и незабываемого времени, в которое она родилась.

--------------------------------------------------------------------------------

Ой, туманы мои, растуманы,
Ой, родные леса и луга!
Уходили в поход партизаны,
Уходили в поход на врага.

На прощанье сказали герои:
«Ожидайте хороших вестей!»
И по старой Смоленской дороге
Повстречали незваных гостей.

Повстречали — огнем угощали,
Навсегда уложили в лесу
За великие наши печали,
За горючую нашу слезу.

С той поры да по всей по округе
Потеряли злодеи покой.
День и ночь партизанские вьюги
Над разбойной гудят головой.

Не уйдет чужеземец незваный,
Своего не увидит жилья...
Ой, туманы мои, растуманы!
Ой, родная сторонка моя!

+2

15

Песня «Ехал я из Берлина» стала одной из первых «победных» песен. Автор слов песни, поэт Лев Ошанин, рассказывал, как родилась идея о создании композиции. Когда он узнал, что части советской армии находятся на подступах к Берлину, чувство счастья великой, долгожданной победы вошло в его душу и уже не оставило ее. В воображении поэта сложился образ молодого русского парня, опытного солдата, одного из спасителей огромной державы, который совершил великий подвиг, и у которого еще вся жизнь впереди... И тогда родилась в мыслях Льва Ошанина строчка «Ехал я из Берлина». Но о своей затее написать стихотворение Ошанин никому не сказал до того времени, когда победа стала очевидной. Исаак Дунаевский сочинил музыку для стиха, причем для припева слов не хватило, и они были сымпровизированы тут же.

Ехал я из Берлина

Ехал я из Берлина   
По дороге прямой,   
На попутных машинах   
Ехал с фронта домой.   
Ехал мимо Варшавы,   
Ехал мимо Орла —   
Там, где русская слава   
Все тропинки прошла.   
   
    Эй, встречай,   
    С победой поздравляй,   
    Милыми руками   
    Покрепче обнимай.   
   
Очень дальние дали   
Мы с друзьями прошли   
И нигде не видали   
Лучше нашей земли.   
Наше солнышко краше,   
И скажу, не тая:   
Лучше девушек наших   
Нет на свете, друзья.   
   
За весенние ночи,   
За родную страну   
Да за карие очи   
Я ходил на войну.   
Вы цветите пышнее,   
Золотые края,   
Ты целуй горячее,   
Дорогая моя!   
   
    Эй, встречай,   
    С победой поздравляй,   
    Милыми руками   
    Покрепче обнимай. 

1945 

Отредактировано Anabelle (2010-05-09 16:19:25)

+2

16

В этом году исполняется 95 лет со дня рождения Михаила Матусовский и 20 лет со дня смерти знаменитого поэта.

Его «Подмосковные вечера», «На безымянной высоте», «Солдат всегда солдат», «С чего начинается Родина» и многие другие песни известны во всём мире.

О поэте рассказывает вдова Евгения Матусовская:
- Когда Матусовский работал на заводе в Луганске, туда приехали с концертом два известных молодых поэта - Е. Долматовский и Я. Смеляков. Миша принёс им смятую тетрадочку со своими стихами. Прочитав, они постановили: «Надо ехать в Литературный институт». Матусовский бросил всё и поехал в Москву. Снимал комнатушки, углы. 

Подружился с ребятами, которые учились на курс старше его, -  Константином Симоновым, Маргаритой Алигер. Эта дружба длилась всю жизнь. На каникулах Симонов подолгу гостил у Матусовских в Луганске. Миша был мальчиком разнеженным, а Костя оказался страшным трудягой и работал с утра до вечера. Поэтому Симонов делал так: запирал Мишу в его комнате и говорил: «Открою только тогда, когда ты под дверь просунешь стихотворение». Миша писал стих, Костя отпирал его. Матусовский выходил, и его наконец-то кормили. Он очень любил поесть, был эдаким Гаргантюа.

А потом началась война… 22 июня 1941 г. Михаил попал на Западный фронт, который защищал Москву. Матусовский плохо видел и поэтому на передовой случайно слишком близко подошёл к немцам. Его подстрелили, тяжело ранили в ногу. Миша лежал на ничейной полосе, и наши никак не могли его оттуда вытащить. Один санитар попробовал, но не дополз - убили. А второму удалось. У Михаила Львовича есть стихотворение «Памяти санитара». Он видит глаза человека, который к нему ползёт... И он в долгу у этого спасителя. А сам он не знает, так ли живёт, всё ли делал правильно? После госпиталя Матусовского опять оправили на фронт. Он прошёл всю войну от первого дня до последнего…

Фронтовой роман
Нас с Мишей познакомил редактор газеты «За Родину!» Николай Кружков. Кружков и моя подруга любили друг друга. Они попросили разрешения жить в московской квартире моих родителей. В один из дней Кружков сказал: «Женя, сегодня приедет мой товарищ с фронта, корреспондент нашей газеты». Прихожу и вижу: в моей квартире сидит молодой человек. Только-только с фронта, грязный, замызганный, усталый… Это и был Михаил Матусовский.

Он показался мне очень симпатичным и милым… Приехал всего на 4 дня... Роман завязался сразу. С фронта Миша прислал мне свою фотографию со стихами:

Среди тишины московской ночи
И вокзальной сутолоки дня
Не забудьте, я прошу вас очень,
Вспоминайте изредка меня.

Жил на этом белом свете
Полюбивший сразу и навек
Очень добрый, очень неуклюжий,
В сущности, хороший человек.

В этих стихах - вся его характеристика… Миша без конца звонил мне с фронта. Командующий в итоге сказал: «Этот майор, который работает в газете «За Родину!», всё время звонит своей любимой. Пусть она уже приезжает на фронт, и они освободят телефон».

Когда Михаил Львович вернулся с фронта, мы опять поселились в той же коммунальной квартире. Комната, перегороженная шкафом. По одну сторону - папа и мама, по другую - Миша, я и наша маленькая дочка Леночка, которая потом умерла. Матусовский писал свои стихи, держа тетрадку на коленях, так как у нас не было письменного стола. Однажды к нам в гости пришли Алигер, Долматовский, Симонов со своей первой женой Женей Ласкиной. Есть было нечего, мы жевали сухой чёрный хлеб . Несмотря на столь скудное угощение, всё равно было очень весело.

Затем нам дали жильё на Беговой улице. Как-то приготовила целую выварку фасолевого супа, который Михаил Львович обожал. Я подумала: «Ну, дня три будем питаться». И ушла в гости. Через некоторое время туда позвонил Миша и сказал жалобным голосом: «Женечка, а тебе очень нужен был этот суп?» - «Да». - «Я его нечаянно съел».

Обожал клоунов
Михаил Львович писал стихи везде - на улице, в антрактах в театре и цирке. Кстати, цирк он ОБОЖАЛ! Одним из наших друзей был директор Большого театра. Он сказал: «Мишенька, пока я на посту, смотри спектакли». А Михаил Львович ответил: «Если бы ты был директором цирка, я бы к тебе ходил каждый день».

Матусовский был как дитя - очень непрактичный, не умел за себя постоять. И в то же время принципиальный: мог, рискуя, защитить другого человека. Его принцип: «Не прислоняться!». То есть ни у кого из тех, кто занимает высокие посты, не проси помощи - он никогда ни перед кем не пресмыкался…

В 1936-м Михаил и ещё один студент, Ян Сашин, написали для институтского вечера самодеятельности «Сиреневый туман». Прошло много лет. Однажды наша дочка Ира, которая училась в медицинском институте, пришла домой и говорит: «У нас весь курс поёт очень симпатичную песню». И напела. Михаил Львович воскликнул: «Боже мой! Это же моя песня! Я совершенно забыл, что мы с Яном её сочинили». Матусовскому очень трудно было восстановить авторство. Маргарита Алигер и все бывшие однокурсники Матусовского вспоминали, как Михаил её писал... Справедливость была восстановлена.

Михаил часто приходил нагруженный книжками. Мог потратить все наши деньги только на литературу. Причём всё, что покупал, обязательно прочитывал. Он был совершенно потрясающий отец и девочек наших приучил к книгам. Младшая дочь не очень любила читать. Поэтому Михаил Львович начинал чтение вслух и бросал… на самом интересном месте. Таким образом он заставлял её дочитать книжку самой.

Когда мы потеряли старшую дочь, он сразу сник, так как просто не был готов к таким ударам судьбы. Незаслуженным ударам… Елена была крупнейшим специалистом по американской живописи. Но... Рак лёгких. Она была девочкой, зачатой на фронте. У неё было очень слабое здоровье. Её не смогли спасти.

Михаил Матусовский родился в 1915 г. в Луганске. Окончил Литературный институт в Москве. Прошёл всю Великую Отечественную войну. Во время ВОВ вышли сборники его стихов «Фронт», «Когда шумит Ильмень-озеро», в послевоенные годы - «Слушая Москву», «Улица мира» и др. Умер в 1990 году в Москве.

Из воспоминаний подполковника запаса, бывшего редактора газеты Рославльской Краснознаменной Ордена Суворова 139-ой стрелковой дивизии Николая Чайки:

«… В ту пору я редактировал дивизионную газету «Сталинский призыв». Сентябрьским утром 1943 г. подолгу фронтового журналиста одним из первых с наступающими колоннами попал на Безымянную высоту у незнакомого поселка Рубеженка. Трудно найти слова, чтобы передать то, что я видел, … С гранатой, зажатой в руке, с указательным пальцем на спусковом крючке автомата, в лужах собственной и вражеской крови лежали тела героев. Вся высота буквально была завалена осколками, стреляными гильзами, пустыми дисками, касками. Многих сибиряков я знал задолго до этого жестокого ночного боя, не раз беседовал с ними, «агитировал» стать военкорами нашей газеты. И вот теперь, вглядываясь в их черные окровавленные лица, мало кого узнавал: до того они были изуродованы. Враги глумились уже над мертвыми смельчаками.
Обо всем, что мне довелось увидеть в то утро на Безымянной высоте, обо всем, что поведал нам участник этой неравной схватки рядовой Герасим Ильич Лапин, вернувшийся в свой батальон, мы немедленно рассказали в дивизионной газете и «боевых листках». Так о подвиге  сибиряков вскоре стало известно всему фронту. Как-то к нам в дивизию приехал мой старый фронтовой друг поэт Михаил Матусовский. И вечером в нашей фронтовой землянке я рассказал ему о бое восемнадцати на Безымянной высоте. Помню, как Михаил Матусовский «загорелся» тогда и принялся за поэму «Безымянная высота». Но, видимо, поэма чем-то не удовлетворила его. Во всяком случае, она никогда не издавалась ни отдельной книгой, ни в сборниках поэта.

Однажды я пришел в кинотеатр «Россия», чтобы посмотреть новый фильм «Тишина». С экрана полилась песня, суровая, грустная:
«Дымилась роща под горою,
И вместе с ней горел закат…»
Я сразу же понял, о какой роще идет речь. Позвонил Матусовскому, поздравил его с успехом и хотел было спросить, о ком песня, но он упредил меня: конечно, о них, старина… Очень рад за удачу фронтового друга и композитора Вениамина Баснера, песню которых поет весь народ. На днях у меня побывали товарищи из Калуги, Рубеженки, Бетлицы. Рассказывали, что песня «На Безымянной высоте» стала у них своеобразным гимном. Ее поют повсюду и гордятся: «Это про наших сибиряков-героев». Пели ее совсем недавно на братской могиле, где покоятся шестнадцать сибиряков-героев. Узнав об этом, М. Матусовский тут же взялся за перо. – Хочу, - говорит, - дописать еще пару строф. Пусть это будет реквием…

Здесь словно чудом сохранилась
С далеких незабвенных дней,
Землянка наша в три наката,
Сосна сгоревшая над ней.
И лес осенний и высотка, -
Все так, как было в том году.
Мне кажется, что здесь живыми
Я всех порошинцев найду.
Ошибся, видно, писарь ротный,
Бумажку выписав свою.
Они и нынче с нами вместе,
И нынче числятся в строю.
Они стоят в своей бессмертной,
В своей нетленной красоте, -
У незнакомого поселка,
На Безымянной высоте. »

Вечная слава героям высоты 224,1: Порошину Евгению Ивановичу; Артамонову Александру Алексеевичу; Белоконову Емельяну Ивановичу; Воробьеву Гавриилу Андреевичу; Власову Константину Ивановичу; Голенкину Николаю Ивановичу; Даниленко Николаю Федоровичу; Денисову Даниилу Алексеевичу; Закомолдину Роману Емельяновичу; Касабиеву Татари Налыковичу; Кигелю Борису Давыдовичу; Куликову Ивану Николаевичу; Лапину Герасиму Ильичу; Липовецеру Элюше Яковлевичу; Панину Петру Андреевичу; Романову Петру Андреевичу; Шляхову Дмитрию Агеевичу; Яруте Дмитрию Ильичу!

+1

17

это песня не военного времени, но очень значимая и очень в тему. пусть и написана уже после войны. но по-моему, логично здесь писать не только о песнях военного времени, но и просто о песнях про войну.

«День Победы» с удовольствием поют даже немцы

Сегодня - 90 лет со дня рождения поэта

Владимир Харитонов, замечательный поэт, прошедший всю войну, написал более тысячи песен. Но история его «Дня Победы» уникальна. Песню, без которой мы сейчас не представляем праздник Победы, после первого исполнения чуть не запретили. Она показалась советским чиновникам слишком легковесной!.

У песни в этом году тоже юбилей: 35 лет назад она впервые была исполнена на майском «Голубом огоньке». Рассказывает сын поэта дипломат Василий Харитонов:

- В 1975-м, в год 30-летия Победы, Гостелерадио объявило конкурс на лучшую песню о Великой Отечественной. Всего было прислано около 900 песен. У отца к тому времени было много песен о войне, но он хотел написать особенную - близкую каждому.

http://i065.radikal.ru/1006/5b/a5339febef6b.jpg

Владимир Харитонов нашел самые точные слова про нашу Победу.

И вот, когда конкурс уже закончился, отцу позвонила супруга композитора Давида Тухманова Татьяна и спросила: «Володя, над чем ты сейчас работаешь?» Он говорит: «Я написал тут стихи о войне». Татьяна записала их и на следующий день перезвонила: «Адик (так она называла мужа) написал музыку, приходите вечером послушать». Мы пошли к Тухмановым вместе: я и отец - а ему тогда было 55 лет. И нам с первых нот стало ясно: будет шлягер.

Но подать заявку на конкурс они уже не успевали. Тогда председатель конкурса Тихон Хренников попросил, чтобы комиссия послушала «День Победы», так сказать, вне конкурса. Послушали. Были молчание и замешательство. Потом композиторы, уважаемые и известные, стали говорить, что слова прекрасные, но музыка им не соответствует. Это, мол, какой-то легкомысленный фокстрот. И зарубили. Значит, на радио или телевидение можно уже не ходить - песня не пройдет. И единственный, кто решился выпустить ее в свет, был Владимир Ильич Рыжиков, редактор на фирме «Мелодия». Вышла гибкая пластинка - огромным тиражом.

Там «День Победы» очень хорошо спела жена Давида Тухманова Татьяна. Но чувствовалось: тут нужен мужской голос. Записали эту песню с Леонидом Сметанниковым - прекрасный певец, но его оперная манера пения не подходила. Она не передает ту энергетику, которой нужно заводить зал. И пришли к общему мнению: то, что нужно, может получиться у Льва Лещенко. И не ошиблись.

На следующий год, в 1976-м, перед самым Днем Победы, вышла большая статья в «Правде». Называлась она «Слушай песню» и была посвящена «Дню Победы», а написал ее Вадим Валентинович Загладин, тогда занимавший пост зам. заведующего международным отделом ЦК КПСС. А поскольку слово «партия» было приказом для всех наших товарищей, которые руководили и Союзом писателей, и композиторов, - с тех пор все стало на свои места, и песня стала звучать уже широко. Она, кстати, очень нравилась Брежневу, отец с ним был знаком, и Леонид Ильич сам несколько раз звонил, поздравлял отца с Днем Победы по телефону и говорил: «Володя, какая прекрасная песня...»

Песня "День победы" в исполнении Льва Лещенко


Ее потом многие исполняли - и наши певцы, и зарубежные. Года два назад я был в Китае, там их огромный ансамбль песни и пляски пел «День Победы» на китайском, но припев, правда, на русском языке. Ее даже немцы в Германии теперь с удовольствием исполняют.

Лучшие песни Харитонова:

«Мой адрес - Советский Союз»

«Как прекрасен этот мир»

«Не плачь, девчонка»

«Летний вечер»

«Остановите музыку»

«Юрмала»

«День Победы»

ВСПОМНИМ СЛОВА

День Победы

Слова В. Харитонова, музыка Д. Тухманова

День Победы, как он был от нас далек,
Как в костре потухшем таял уголек.
Были версты, обгорелые, в пыли, -
Этот день мы приближали, как могли.

Припев:

Этот День Победы
Порохом пропах.
Это праздник
С сединою на висках.
Это радость
Со слезами на глазах.
День Победы!
День Победы!
День Победы!
Дни и ночи у мартеновских печей
Не смыкала наша Родина очей.
Дни и ночи битву трудную вели,
Этот день мы приближали, как могли.

Припев.

Здравствуй, мама, возвратились мы не все,
Босиком бы пробежаться по росе!
Пол-Европы прошагали, полземли,
Этот день мы приближали, как могли.

Припев.

Лев Лещенко сумел превратить легкомысленный фокстрот в настоящий гимн.

ЗВОНОК ИСПОЛНИТЕЛЮ

- Когда «День Победы» не приняли на радио в исполнении Тани Сашко, жены Давида Тухманова, мне  - это было в апреле - позвонил из худсовета редактор Женя Широков: «Лева, есть потрясающая песня! Тебе надо ее переписать». У меня тогда были гастроли в Алма-Ате, я быстро сделал аранжировку, спел на концерте и понял, что это явление! Потому что после этой песни зал просто встал и стоя аплодировал, чего не бывало у нас в советские времена. Но поскольку песня худсоветом не была принята на радио, ее положили на полку.

Наконец наступает 10 ноября - День милиции. Я на репетиции подхожу к замминистра внутренних дел и говорю: есть потрясающая песня - «День Победы».  Хотите, я спою ее на репетиции? Он: «Ну спой». Я спел. Он говорит: «Слушай, сумасшедшая песня. Да пошел он, этот худсовет, со своими запретами! Пой в эфир». Редактура возникла: нет, нас поувольняют. Я говорю: «При чем здесь вы? День милиции, разрешил заместитель министра Щелокова». И песня пошла в эфире. На следующий день повалили письма - поток. И «День Победы» стала в 1975-м «Песней года». После этого я застолбил ее за собой. Просто народ прикипел к моему исполнению.

+2

18


Автор текста (слов):
Долматовский Е.
Композитор (музыка):
Фрадкин М.

“Случайный вальс” пели на фронтовых концертах многие артисты. А Л. Утесов записал его на пластинку. С тех пор вот уже более сорока лет живет эта песня в народе, оставаясь одной из любимых лирических песен военной поры.

http://uploads.ru/t/e/C/s/eCs5g.jpg

Текст песни:

Ночь коротка,
Спят облака,
И лежит у меня на ладони
Незнакомая ваша рука.
После тревог
Спит городок.
Я услышал мелодию вальса
И сюда заглянул на часок.

Хоть я с вами почти незнаком
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного…
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоем,
Так скажите мне слово,
Сам не знаю о чем.

Будем кружить,
Петь и дружить.
Я совсем танцевать разучился
И прошу вас меня извинить.
Утро зовет
Снова в поход…
Покидая ваш маленький город,
Я пройду мимо ваших ворот.

Хоть я с вами почти незнаком
И далёко отсюда мой дом,
Я как будто бы снова
Возле дома родного.
В этом зале пустом
Мы танцуем вдвоем,
Так скажите мне слово,
Сам не знаю о чем.

+3

19

0

20

+1


Вы здесь » Sherwood Forest » Музыка » Песни Великой Отечественной войны